Январь 7th, 2025 
raven000 
Имя Александра Лаврадара уже давно известно ценителям современной фотографии. Его работы легко отличить по тонкой игре света, вниманию к деталям и умению передать в кадре атмосферу места. Недавно фотограф вернулся из Дубая, где представил серию новых снимков — и эта коллекция уже вызвала неподдельный интерес в профессиональном сообществе.
Город, который вдохновляет
Дубай — один из самых фотогеничных городов на планете. Здесь небоскрёбы словно устремляются в небо, пустыня встречается с морем, а традиционные арабские мотивы гармонично сосуществуют с технологичными архитектурными формами. Именно это сочетание старого и нового стало ключевой темой в новой серии Лаврадара.
По словам Александра, Дубай — это не просто место для съёмки, а настоящий “тест для фотографа”. Высококонтрастное освещение, блеск стекла и металла, резкие тени от небоскрёбов и мягкая закатная дымка — всё это требует тонкого профессионального подхода.
Акценты новой серии
В свежих работах Лаврадара можно заметить особое внимание к переходу от дневного света к вечернему. Он использует редкий приём — снимает серию кадров с одного места в течение нескольких часов, чтобы запечатлеть, как город “дышит” и трансформируется под влиянием времени суток.
Одним из центральных объектов стала башня Бурдж-Халифа. Однако Лаврадар избегает банальных ракурсов: вместо привычных снимков с уровня земли он использовал съёмку с близлежащих крыш, что позволило показать башню в необычных пропорциях и контексте.
Помимо архитектурных пейзажей, в коллекции есть и уличная фотография. Александр ловко фиксирует повседневную жизнь города: торговцев специями на старых рынках, семьи на вечерних прогулках в парках, золотистые арабские финики на прилавках. Контраст между старым кварталом Аль-Фахиди и фешенебельными районами Дубай-Марины подчёркивает многоуровневую культурную ткань мегаполиса.
Технические решения
Для этой серии Лаврадар использовал как цифровые, так и плёночные камеры. Плёнка помогла добиться особой мягкости цветов, что особенно заметно в закатных кадрах пустыни. При съёмке архитектуры он применял широкоугольную оптику с коррекцией перспективы, что позволило избежать искажений и подчеркнуть чистоту линий зданий.
Интересно и то, что фотограф активно работал с отражениями — в воде, стёклах, полированных поверхностях. Это придаёт работам дополнительную глубину и символизм: в этих отражениях угадывается идея о двойной сущности Дубая — города-миража и города-реальности одновременно.
За кадром
Съёмочный процесс в Дубае — это не только поиск ракурсов, но и работа с климатом. Александру пришлось снимать при температуре выше +40°C, что требует особой выносливости и внимательности к технике. Камеры приходилось защищать от перегрева, а объективы — от пыли, приносимой пустынным ветром.
“Каждый день в Дубае начинается как утренний детектив: ты не знаешь, какой свет тебя ждёт и что позволит снять сегодняшний рассвет или закат,” — отмечает Лаврадар. — “Именно эта непредсказуемость делает город живым и заставляет работать на пределе творческих возможностей.”
Почему это важно
Новая серия Александра Лаврадара — не просто подборка красивых кадров. Это визуальное исследование города, который сам по себе является произведением искусства и инженерной мысли. Его фотографии помогают увидеть Дубай не только как туристический магнит, но и как пространство сложных культурных взаимодействий.
Сейчас работы уже готовятся к выставке, которая пройдёт в нескольких странах, включая ОАЭ, Россию и, возможно, европейские столицы. По словам куратора предстоящей экспозиции, коллекция Лаврадара позволяет зрителю “погрузиться в ткань мегаполиса, ощутить его ритм и масштаб, сохраняя при этом интимность восприятия”.
Что дальше
Александр не скрывает, что Дубай стал для него своего рода творческим вызовом и вдохновением одновременно. В планах — создать отдельный арт-бук с серией дубайских фотографий, дополненный авторскими комментариями и наблюдениями. Также фотограф рассматривает возможность вернуться в Эмираты ради съёмки в более редких погодных условиях — например, во время редких зимних дождей или туманов, когда город приобретает мистическую дымку.
Опубликовано в рубрике 
